Интервью с отцом Эрвином Лендьелем

в преддверии 52-го Международного евхаристического конгресса

03.09.2021
Один раз в месяц мы высылаем анонсы и приглашения на наши мероприятия
Magyar nyelvű verzió itt / Венгерская версия здесь
В преддверии 52-го Международного евхаристического конгресса, который пройдет с 5 по 12 сентября в Будапеште, мы побеседовали с нашим старым другом отцом Эрвином Лендьелем, бывшим секретарем московской нунциатуры, а сейчас секретарем Апостольской нунциатуры в Ираке.
Эрвин Лендьел – священник епархии Секешфехервар, секретарь апостольской нунциатуры в Багдаде, Капеллан Его Святейшества.
Родился в 1980 году в Татабанье и был рукоположен в священники в 2004 году в Секешфехерваре. Работал секретарем Будапештской апостольской нунциатуры, служил помощником пастора в Бичке. С 2007 по 2011 год провел учебный отпуск в Риме, два года в Папском венгерском институте и еще два года в Папской церковной академии. В 2011 году получил докторскую степень по церковному праву в Папском Григорианском университете в Риме и окончил Папскую дипломатическую академию, которая открыла ему возможность служить за границей: Камеруне, Анголе, России и сейчас – Багдаде.

Католическая церковь – самая распространенная в мире религиозная община с наибольшим числом последователей
Эрвин, в чем важность этого события для Венгрии?

Начнем, пожалуй, с того, о чем речь.
Для обмена опытом, для знакомства с католическим сообществом, которое объединяет разнообразные культуры, языки, традиции и прежде всего религиозные практики, проводятся различные встречи и конгрессы, в том числе и грядущий 52-й Международный евхаристический конгресс.

В фокусе этого конгресса – переосмысление древнего обряда католической церкви, мессы, что на языке теологии называется «евхаристией».

Конгресс имеет большое значение для Венгрии.
Во-первых, это масштабное международное событие соберет в Будапеште на несколько дней паломников и делегатов-католиков со всего мира. Большая честь для нашего народа – визит Папы Римского Франциска, он отслужит завершающую конгресс благодарственную мессу. Отмечу, что мы также организуем группу паломников из Багдада.

Во-вторых, конгресс несёт послание для католиков нашей страны и всего региона. Не секрет, что в Венгрии, как и в Европе в целом, за последние десятилетия значительно сократилось число верующих, посещающих мессу, несмотря на то, что большинство живущих здесь имеют христианские корни. Выражение «гулко пустая церковь» в отношении Европы стало уже поговоркой. Но так не во всём мире. Во многих странах христиане активно посещают богослужения, они рады быть частью общины и участвовать в мессах. Словом, я верю, что этот Конгресс поможет нам, европейским христианам, переосмыслить нашу причастность к древнему обряду католической церкви, к мессе, и откроет для нас этот обряд заново.
Много лет ты работал в Африке, а сейчас несешь службу в Ираке. Какова роль католической церкви в жизни местных верующих?

Речь о двух достаточно разных территориях и культурных средах. Как известно, в т. н. Чёрную Африку, то есть на территорию к югу от Сахары, с начала 15 века в эпоху великих географических открытий стали прибывать католические миссионеры, в основном португальцы и французы...
после Берлинского конгресса (1878) католические миссии появились и на территориях, контролируемых протестантскими странами (Англия, Германия). Сегодня люди дают весьма негативную оценку периоду колониализма и зачастую в своих суждениях приравнивают миссионеров к рабовладельцам, но это большое преувеличение. Мало кто знает, что мы говорим об эпохе, когда отношения между папой и абсолютными монархиями были напряженными, поэтому в отдельных ситуациях, естественно, решающими становилась политическая и военная сила. Тем не менее католические миссионеры смело и самоотверженно отправлялись в Африку не только во имя распространения веры, но и для улучшения ситуации в сфере здравоохранения и развития гуманизма. В Камеруне я часто бывал в старинных миссионерских центрах, непременной частью которых, наравне с церковью, были школы и медицинские учреждения. Позже эти миссионерские центры дали африканским странам, обретающим независимость в 1960-е годы, большую часть политической и интеллектуальной элиты и госслужащих.

Вплоть до сегодняшнего дня католическая церковь играет важнейшую роль в Африке: речь не только о проповедовании христианства, но также о повышении конкурентоспособности местных, от детского сада до крупных университетов; также велика роль медицинских и социальных учреждений.
Современный Ирак – историческая территория Месопотамии, Вавилонского царства. Здесь христианство существует с апостольских времен, с первых веков. Речь о христианской общине с древними традициями, которая оказалась в меньшинстве во времена распространения ислама. В то же время эти восточные церкви христианства – и в настоящее время ценные «нити» полотна иракского общества, этот факт признают многие.

Присутствие римско-католической церкви в Месопотамии восходит к XIII веку, именно тогда сюда прибыли францисканцы, позже и доминиканцы, чтобы установить отношения с восточными христианами, с православными. Веками позже восточные христианские церкви признали верховенство папы римского и тем самым стали членами большой католической общины. То есть римско-католическая церковь сыграла роль своего рода «окна», обеспечивая связь с Римом и западным христианством.

Во время недавних перемен в Ираке большая католическая семья с обеспокоенностью следила за судьбой гонимых христиан, оказывая активную помощь. Если в 1980-х годах в Ираке жило около полутора миллионов христиан, сейчас их осталось около 230 тысяч в 14 разных церковных общинах и конфессиях. Католическая церковь при содействии различных организаций старается сделать всё ради них, ради их счастья.

Одной из важнейших задач твоей миссии в Ираке была организация визита папы в 2021 году. Сложно было подготовить событие такого масштаба в Багдаде?

Сегодня мы уже осознаем, что визит Папы Римского Франциска в Ирак – историческое событие. И организация этого визита – большой вызов. С одной стороны, на подготовку было всего 4 месяца. С другой стороны, отпечаток накладывали эпидемия коронавируса и ситуация с безопасностью в Ираке. Однако позитивный настрой иракских партнёров, государственных органов и местных властей, придавал сил. Иракцы, возможно, в силу военных действий, длящихся почти четыре десятилетия, – очень хорошие организаторы и прекрасные логисты. Их работа по организации визита Папы была со всех точек зрения профессиональна. Папа Франциск встретился как с представителями ислама, так и других восточных религий. На севере Ирака в Мосуле он совершил молитву у руин исторического центра, встретился с гонимыми христианскими общинами. Папа Франциск испытывал ликование во время своего пребывания в Ираке, возможно, именно поэтому он принял приглашение посетить Будапешт во время полета из Багдада в Рим.
Ты проработал три года в России. Что ты думаешь о популярности русской православной церкви, растущей в постперестроечный период? Какие сходства или явные различия с католической церковью?

Мне кажется, что это чересчур простой подход – связывать популярность русской православной церкви с поддержкой государства после смены режима, хотя зачастую на Западе, к сожалению, именно так и принято считать. Во время службы в России я старался как можно лучше узнать русскую православную церковь, общину, праздники, традиции, и я заметил множество таких вещей, которые исходят не от политики и государства, а от русского народа, его духовности и веры. Русские не только исповедуют свою веру: для них церковь – это укрепление своей идентичности, источник сил в настоящем и поддержание связи с историческим прошлым. Знание христианских традиций важно не только для отдельно взятого человека, без этих знаний нельзя понять произведения таких великих творцов, как Рублёв, Достоевский, Булгаков, Тарковский или даже Улицкая. Немногие знают, что основатель знаменитого Ансамбля песни и пляски Российской армии Александров начал свою карьеру в церковном хоре.
Нам можно брать пример с русских православных: как они проживают свою веру, будь то участие в литургии, молитвы, соблюдение поста. Большинство церквей в России открыты для посещения, в более людных местах практически всегда можно встретить священника в церкви. В окрестностях Москвы я видел множество отреставрированных древних церквей и монастырей, их посещают как всей семьёй, так и в одиночку. Русские любят выражать свою привязанность к церкви и религии, и это чудесно, ведь это не только вопрос веры, но и связь личности с обществом, историческим и семейным прошлым, вопрос идентичности. Этому мы можем у них поучиться. Ходить в церковь, зажигать свечу, молиться, медитировать – это не что-то старомодное, но естественная часть нашей жизни, связывающая нас с нашими предками, определяющая нашу идентичность в соответствии с нашими корнями.

Сегодня на первый план выходят практические вопросы и необходимость действовать сообща
Скоро будет 1000-летие Великого раскола. Что ты думаешь о том, чтобы западная и восточная церкви начали совершенно новый диалог о христианской религии и будущем человечества в целом?

В недавнем прошлом т. н. экуменический диалог (между разными христианскими конфессиями) видели следующим образом: умные люди, представители разных религий, садятся за один стол, обсуждают конкретные расхождения в теологических взглядах, подписывают какой-то документ и с облегчением вздыхают, что было найдено решение определенной проблемы. Однако сегодня на первый план выходят практические вопросы и необходимость действовать сообща. Гораздо важнее и успешнее сотрудничество в таких областях, как образование, культура, при решении социальных проблем. В этих областях христиане с гораздо большей вероятностью найдут точки соприкосновения. На Западе большой интерес вызывают восточное искусство, духовные практики, литургия, а восточные священники стремятся изучать церковные науки в западных университетах. Практически во всем мире социальная помощь приобретает все большую ценность, особенно в пострадавших от кризиса районах, где христианские церкви работают над разрешением кризисных ситуаций сообща. Все это, безусловно, сближает представителей церкви и верующих.

Сегодня, в эпоху сетевых исследований, все более очевидной становится суть и актуальность христианского послания: жизнь человека имеет цель и смысл, основа которых – связь с сотворившим его Богом, путь к которому лежит через Иисуса Христа и собратьев. Это большая сеть, где человек не одинок. Напротив, мы не можем обойтись друг без друга, чтобы достичь цели – стать счастливыми. В прошлом году в своей речи в Страстную пятницу Папа Франциск сравнил мир с ковчегом, делая отсылку к эпидемии: человечество постепенно осознает, что все мы находимся на одном судне, все бури мы сможем пережить вместе, рассчитывая лишь друг на друга.
Каково быть венгром в международной религиозной организации? Какие различия ты чувствуешь?

Нелегко ответить на этот вопрос. Мне вспомнился один случай. Когда я только приехал на учебу в Папскую церковную академию, меня, конечно, покорила и даже немного напугала старинная межкультурная атмосфера учебного заведения...
Однажды после ужина мы стояли в коридоре с ливанским и мальтийским коллегами, чтобы познакомиться с тогдашним экономистом дома, прелатом Джампьеро Глодером, нынешним кубинским апостольским нунцием; хотели представиться ему, кто мы, откуда. Во время нашей приятной беседы у меня вырвалось: «Надо же, здесь все такие удивительные! Один ливанец в совершенстве владеет арабским и французским, у второго, мальтийца, идеальный английский и итальянский!» На что прелат Глодер, который, к слову, был поклонником Листа и Бартока, выпалил: «Почему? Что ты хочешь? Ты вот венгр, разве нет?!» Эта неожиданная реакция была очень меткой. Ведь и правда, мы, венгры, чаще всего не до конца осознаем свою уникальность, и мы не умеем обращаться с ней должным образом. Я убежден, что ввиду нашей языковой изолированности практически каждый венгр должен провести несколько лет за границей, подобно средневековым студентам. Не только ради профессионального развития, но и чтобы научиться ценить себя. Мой личный опыт показывает, что мы учимся быть настоящими венграми за границей, в чужой среде, тогда мы действительно можем оценить, кто мы, откуда мы, что мы несем с собой в нашей «походной торбе».

В моей службе венгерская идентичность скорее помогает и является преимуществом. Камерунцы испытывали облегчение, когда узнавали, что я венгр, а не француз или англичанин, то есть не отношусь к колонизаторам. В Анголе до сих пор помнят луандский завод «Икарусов» и то, что Венгрия очень помогла стране в обретении независимости и восстановлении после гражданской войны. С Анголой связана также достойная романа история путешественника, исследователя Африки Ласло Мадяра. С русскими связывает общая история двух народов, полная перипетий, схожие жизненные ситуации, о которых часто рассказывают анекдоты и через тридцать лет после распада Восточного блока. Среди иракских христиан Венгрия получила признание благодаря своим программам по восстановлению и усилиям по защите преследуемых христиан. Кроме того, многие до сих пор с уважением вспоминают латинского архиепископа багдадского Эрнё Няри. Всё это, разумеется, вызывает во мне благодарность судьбе, что родился венгром. История венгерского народа красивая и захватывающая, полна великих личностей и историй. Перед нами, нынешними венграми, как живущими и работающими на своей родине, так и в любой другой точке мира, стоит первоочередная задача не только познать эту великую историю, но и быть ее последователями и писателями, куда бы нас не занесла судьба.
Думаю, что самый большой вызов нашего времени не что иное, как ЧЕЛОВЕК
На твой взгляд, что является самым большим вызовом для христианской церкви в 21 веке?

Раньше в обществе бытовало представление, что религия всё знает и у нее на всё есть готовые ответы. Согласно этому представлению, религия компетентна во всех сферах: в образовании, медицине, вопросах изменения климата или экономике. На основании этого многие считали, что достаточно делать то, что скажет религия, и всё наладится.

Мне кажется, первая четверть 21 века научила нас тому, что церкви необходимо решать гораздо более фундаментальные проблемы, нежели отдельные задачи. Думаю, что самый большой вызов нашего времени не что иное, как ЧЕЛОВЕК. Мы живем в эпоху биотехнологий, искусственного интеллекта, социальных сетей, цифровой идентичности, гендерного мышления, физического сужения местообитания человека и пандемий. Несмотря на актуальность перечисленных тобой проблем, я думаю, что было бы важнее ответить на гораздо более ключевые вопросы, относящиеся к ЧЕЛОВЕКУ: что такое человек? Кто есть человек? Что означает вера, религия? Что есть другой, отличный от меня, человек? Какова связь человека и жизни? Как человек находит себе место в этом мире? Я считаю, что у церкви главнейшая задача – работать с современным человеком, продолжая вести диалог с обществом в ключе духовного и культурного наследия, которое хранит церковь и христианство на протяжении многих столетий.

Иоанн Павел II сказал однажды: «Путь церкви – это Человек», то есть из вышесказанного должно следовать, что церковь обновляет связь с современным человеком, чтобы стать ему настоящей опорой на нелегком пути земного паломничества.

Фотографии предоставлены Эрвином Лендьелем и взяты из свободных источников.